ГЛАВА 3

Жека подскочил рано-рано, даже раньше родителей. Вот что значит правильный настрой! Открыл окно, далёкая тайга еще была темна, а небо было красивого, вишнёвого с золотом цвета. Поёжился – холодно. Но закрывать не стал. С этого дня он решил всерьез браться за свою подготовку. А это значит – закаливание, зарядка и режим. Хотя иногда, всё-таки, в компьютер можно зарубиться. А зимой еще и в проруби купаться будет! И все тогда вообще…

Кто такие эти «все» и чего они «вообще», Жека не додумал, а пошлепал в ванную. Умываться. Включил холодную воду и задумался. Может прямо сейчас закаливаться начать? Окно он уже открыл, теперь нужно в холодный душ. Чтоб уж все по-настоящему. Жека сунул руку под холодную воду, подержал секунд пять и вытащил. Рука онемела. Холодная вода тут была какая-то уж очень холодная. Леденющая просто. Наверное, её из самых глубин земли качали, потому что на земле такой страшно холодной воды Жека не встречал.

Нет. Сразу закаляться нельзя. Нужно тщательно подготовиться. Сегодня он будет готовиться, а закаляться начнет завтра. Тем более, что сегодня он сам встал, окно уже открыл и сейчас пойдет зарядку делать. В общем – многое уже сделано для самосовершенствования. Жека добавил горячей воды, умылся, почистил зубы и пошел обратно в комнату. Но там у Жеки сразу же возник вопрос. Как самбисты должны делать зарядку? Там же всё не просто так? Какие-нибудь упражнения секретные.

Жека лег на живот, попробовал отжаться. Получилось десять раз. Потом он поставил коленки на пол и стал чуть сгибать руки, опуская и поднимая голову (так казалось, что отжимается низко). Потом вообще лег животом и только пытался распрямить руки. Итого вышло тридцать четыре раза. Для начала неплохо. Но тяжело. Помахав руками перед зеркалом в коридоре, Жека согнул руки и посмотрел на бицепсы. Вроде стали чуть больше. Так, глядишь, скоро и Жека станет такой же здоровый, как Мардок. Понятно, что нужно вырасти еще, но всё-таки…

На этом зарядка была закончена. Жека решил, что сначала спросит у тренера по самбо, какие упражнения нужно самбистам делать на зарядке. А вот тогда уже будет делать зарядку полностью.

Родители еще спали. Жека проверил сумку – всё ли он взял, и понял, что хочет есть. Питаться теперь, наверное, тоже придется как настоящему чемпиону. Если с зарядкой и закаливанием всё было просто, то с едой дела обстояли сильно сложнее. Во-первых, не было специальных витаминок. Настоящие чемпионы, поди, витаминки всякие едят. А во-вторых, они скорее всего не едят сладкого. Диеты там всякие соблюдают, то, сё. Вот тут-то и таилась загвоздка. Жека очень любил сладкое. Особенно мороженое. Ванильное. Видимо от этого всего теперь придется отказываться.

Жека тяжело вздохнул, открыл холодильник. В холодильнике лежала коробка эклеров… Ну, раз уж с сегодняшнего дня он переходит на спортивный режим, можно на прощание себе и позволить немного эклеров. Ровно столько, сколько их оставалось в коробке. Пять штук.

Пять штук было многовато даже для Жеки. Но, учитывая, что потом ему, судя по всему, эклеров не придется есть еще долго, он решил поднапрячься. Больше же он не будет себе позволять такие слабости, верно? А сейчас вполне можно.

Жека поднапрягся и позволил. Запивая всё это газировкой.

От такого количества пирожных и газированной воды Жеке стало немного не по себе. В животе загрохотал вулкан, а эклеры, похоже, встали в желудке по стойке смирно. Он уже жалел, что так всерьез подошел к вопросу предварительной подготовки к занятиям самбо. Решив, что пока готовиться к тренировкам хватит, он пошел в комнату.

Родители спали, до прихода участкового было еще часа два с половиной, и Жека включил компьютер. Можно было поиграть в Теккен, и повторить пару приемчиков там.

Заигравшись, Жека не заметил, как проснулись родители.

- Друг мой, - неожиданно снял с него наушники папа, - я так понимаю, что завтракать с нами ты сегодня не будешь? Похоже, ты уже позавтракал сегодня? За себя и за нас сразу?

Жека опустил голову. В порыве подготовки он как-то забыл, что пирожные неплохо было бы и родителям оставить. А он всё слопал. Нехорошо получилось, конечно.

- Ладно, мы. Хотя мог бы и поделиться вообще-то, мама пирожные для всех покупала. Но тебе же на тренировку сейчас идти! Ты как с таким пузом тренироваться собираешься?

- Переварилось уже, - буркнул Жека.

Ему было очень стыдно. Мама же покупала эклеры для всех! И про него, Жеку, помнила. А он всё схомячил. И про родителей не вспомнил даже.

Стыдно.

- Аааа. Ну, раз переварилось, тогда – да. Тогда можно объедаться пирожными до посинения, - саркастически заметил папа.

- Пап.

- Что? – папа уже выходил из комнаты.

- Прости, пожалуйста.

- Да я-то что. Иди перед мамой извинись. Знаешь же, как она эти эклеры любит?

Жеке стало уже невыносимо стыдно и жалко маму до слёз. Он помчался на кухню.

Мама стояла у стола и что-то чикала ножом. Жека на цыпочках подкрался сзади, обнял маму и уткнулся носом ей в спину.

- Мам! Прости, пожалуйста, я все твои эклеры съел! Я теперь всегда-всегда буду помнить, что вы тоже можете хотеть эклеров!

Мама положила ладони на жекины руки и улыбнулась – Жека слышал, что она улыбается.

- Да прощаю, конечно! Только ты и правда помни, что есть еще другие люди, которым может быть что-то нужно, а у тебя это есть и тебе не трудно поделиться. И не обязательно это эклеры.

У Жеки с души упал камень, и он ускакал обратно в комнату…

Ровно в девять тридцать в дверь позвонили, и папа пошел открывать.

- Жень! К тебе! – крикнул он из коридора.

Жека уже не находил себе места от нетерпения. Схватив сумку с вещами, он рванул к выходу. Ощущение было, как будто в животе у Жеки выросли крылья.

«К тебе»… Надо же! Как со взрослым! Ладно бы пацаны знакомые пришли, а то – целый участковый. «А у меня – друг участковый» - звучит! Жека прискакал в прихожку и замер на месте.

Сегодня Степан был без формы. Но всё равно он был одет как рейнджер – лёгкие штаны песочного цвета, рыжие ботинки и футболка в цвет штанов.

- Чего рот раскрыл, боец? Думаешь, я всегда с пистолетом и в погонах хожу? - улыбнулся участковый.

На этот раз Степан ошибся. Не одежда произвела на Жеку впечатление (хотя одет новый жекин друг был круто). Просто Жека не ожидал, что он такой здоровый. В форме участковый казался худым, а тут стало видно, что он прямо весь в мышцах. Только они не огромные были, как у супергероев, а как канаты. Прочные, много и везде.

- Ну? Чего замер? Айда?

Жека впрыгнул в кроссовки, схватил сумку, вылетел за дверь и обернулся.

- Наталья Сергеевна! – крикнул участковый в квартиру, - часика через три вернёмся.

Это он маму так успокаивал. Папа-то тут стоит, можно было и ему сказать.

- Андрей Семёнович!

- Да ладно Вам. Просто Андрей. И можно «на ты», - улыбнулся папа.

- Договорились, - еще шире папы улыбнулся участковый, - соответственно: Степан и «на ты».

Они пожали друг другу руки. В этот раз папа не морщился. Видимо уже был готов к «клещам» участкового.

- Значит, Андрей. Расклад такой. Пока с нами ехать не надо. Пацану лишние нервы, поверь. Я на машине. Доброшу Жеку до спортшколы, познакомлю там со всеми. По пути покажу, как добраться – остановка тут в ста метрах. Назад тоже отвезу. Потом можешь с ним ездить… Я бы тебе даже рекомендовал с ним ездить. Особенно поначалу.

Участковый серьезно посмотрел на папу.

- А, что такое? – встревожился папа.

- Да ничего особенного, нормально всё. Но город новый, район новый, хулиганы вон. Как и везде. А так – и тебе спокойней, и проблем меньше.

Папу вроде это объяснение устроило. А вот Жека навострил уши. Рекомендация участкового звучала как-то так… Особенно. Объяснить было сложно, но Жека понял, что советовал Степан не только для того, чтобы родители чувствовали себя спокойней.

Новый сюрприз ждал Жеку на улице. Машина участкового. Похоже, что это когда-то было «Нивой». Но то четырёхколесное чудовище, что стояло во дворе, серийную «Ниву» напоминало слабо.

Здоровенные, как у грузовика, колеса. Кенгурятник как нож у бульдозера, под ним лебедка. Крылья напоминали ноздри дракона – широкие и хищные. От крыльев шли здоровенные пороги. На крыше огромная корзина багажника с запаской.

Жека в восхищении ходил вокруг монстра. Спереди у машины было налеплено огромное количество фар – четыре на решетке радиатора и четыре на крыше, на багажнике. Выхлопная труба была выведена вдоль борта наверх. На крышу даже лестница была! И цвет интересный. Как будто машина засыпана разноцветным песком – желтым, зеленым, серым, коричневым, черным. Самое интересное, что долго смотреть на эту раскраску было сложно – голова начинала кружиться.

- Нравится? – с гордостью спросил участковый.

- Вышак! – у Жеки не было слов. Одни эмоции.

- Сам делал. Купил битую, разобрал по винтикам, не нужное выкинул, нужное добавил, - ласково положив руку на капот рассказывал Степан, - так что теперь она у меня как Роллс-Ройс для королей. Ручной сборки.

Участковый улыбнулся.

- Ну? По машинам?

- По машинам!

Жека вскарабкался на порог и нырнул в салон. Внутри этого динозавра тоже всё было не так, как в обычной «Ниве». И сиденья, и обивка салона, и приборная панель – всё было другое. А еще – машина изнутри была укреплена стальной рамой!

Супер.

- Пристегнись, - Степан кивнул на ремень безопасности и завел свой танк.

«Флоп-флоп-флоп-флоп» - зарокотал двигатель, участковый включил передачу, монстр рыкнул и они поехали.

- Ну, боец? Сильно вчера попало? – Степан повернул голову к Жеке.

- Да не. Вообще ничего не было. Так, папа вечером спросил, что случилось, я сказал, что меня толкнули, и всё.

- Ну, вот видишь? Больше боялся. Запомни, брат – не всегда дела обстоят так, как тебе кажется… Особенно в этом городе, - добавил участковый и нахмурился.

Однако спустя несколько секунд он уже опять улыбался, и даже вполголоса стал напевать: «ММАльчик хочет самбО, ты знаешь чики-чики-чики-та». Жека же улыбаться и не переставал.

Они выехали на дорогу и свернули налево.

- Воооон, видишь? – толкнул он Жеку локтем, - вон там, справа, остановка на той стороне дороги? Вот на любой автобус садишься, и на следующей остановке сходишь. Так что ехать тебе всего одну остановку. Правда, она не скоро, в городе – район наш вроде как спальным считается. Но зато добираться не заблудишься.

Степан переключил передачу, газанул, монстр, рыкнув, скаканул вперед, и Жеку вдавило в сиденье.

- Ничего себе! – восхитился он.

- А то-ж! – Степан гордо вскинул голову, - Т-34, одним словом.

- Почему – Т-34? – удивился Жека.

- Ну, как же? – в свою очередь удивился участковый, - Танк Победы! А что? Не танк, скажешь?

- Да не! Танк! Просто это же ВАЗ.

Тем временем они повернули направо, оставляя позади себя и ободранный указатель «ВДНХ». Жека всем корпусом развернулся назад, стараясь увидеть те самые статуи. Но их отсюда уже было не видно.

- Чего башкой вертишь? - спросил Степан.

Потом вдруг замер и медленно повернулся к Жеке.

- Ты там что-то видел. Да?

Глаза его больше не улыбались как обычно, а стали какого-то холодного цвета. Прищурившись, участковый смотрел на Жеку. Лицо его окаменело.

- Нет. С чего Вы взяли? Просто. ВДНХ. Папа рассказывал, что там раньше быков показывали и газировку продавали, - затараторил Жека.

Степан внимательно смотрел на него, не забывая следить за дорогой. Жека спрятал взгляд и демонстративно стал смотреть в окно.

Блин. Как-то он очень уж поспешно ответил. Не поверил ему участковый, похоже. Не поверил... Вот зачем было крутиться? Ну не видно же их! С дороги даже площадь перед ВДНХ не видно. И дорога идет изгибаясь. Ну, вот нафига, спрашивается?

И Степан этот что-то знает. Точно-точно – знает. Только вот что?

Непонятно.

Мистика какая-то вообще…

За окном мелькали ёлки и еще какие-то хвойные леса. Иногда справа, среди деревьев, проглядывал красный кирпич и разноцветные крыши дач за высокими заборами. А ниже, слева, виднелась полоса реки, и вдалеке отсвечивал стальными рёбрами мост. Красивый всё-таки был город.

Так что, в принципе, за окно Жека смотрел не зря – всё равно интересно было.

Тем временем они свернули с дороги направо, объехали какие-то гаражи, и въехали в ворота спортшколы.

- Остановка – дальше по дороге. Метров сто пятьдесят, - пояснил Степан, - там, когда приедешь, не заблудишься. Одна дорога идёт, и прямо сюда. А так, мимо гаражей – просто для машины короче.

Жека спрыгнул с порога «Т-34» и огляделся. Вокруг территории спортшколы шел длинный высокий забор. Сзади шел ряд гаражей, мимо которых они только что проехали. Похоже, что эти ворота были чем-то вроде черного хода для машин, а парадный был с другой стороны. Тут же располагалось футбольно-баскетбольная площадка. С торцов, по её длине, стояли футбольные ворота, а поперек – щиты с кольцами. За площадкой располагался стандартный школьный комплекс – турники-брусья-шест-рукоход. От поля комплекс отделял ряд врытых в землю покрышек.

Спортшкола была небольшая, двухэтажная. Хоть и старой постройки, но вся чистенькая, ладная и светлая. Вокруг росли здоровенные ёлки, и всё тут было похоже скорее не на город, а на какой-то летний лагерь.

Вдали, за деревьями, стояло какое-то странное сооружение. В землю были врыты несколько столбов. Столбы были соединены сверху длинным брусом. С бруса свисали куски каната и драная боксерская груша. К самим столбам в разных местах были прикручены какие-то доски, покрышки от легковушек. К покрышкам были тоже прикручены доски.

- А это что такое, Степан Константинович?

- Где? А! Это наш вариант шайтан-арбы, - улыбнулся участковый. - У нас тут еще ребята-каратисты тренируются. Вот – подсмотрели где-то, слепили. Ну, и мы тоже иногда… руки прикладываем. Стучим понемногу. Если идея хорошая и полезная, отчего-ж не воспользоваться?

Он посмотрел на удивленного Жеку и улыбнулся.

- А ты, боец, думаешь, что самбо – это только борьба? Неа! Не только. Ты, главное, занимайся постоянно, много нового и интересного узнаешь.

Степан подмигнул Жеке и вдруг резко выбросил вверх и в сторону ногу. Нога на секунду замерла выше головы участкового и вернулась назад.

- Понял? – он легонько щелкнул Жеку по носу, - всё, айда. Тренировка скоро начнется, опоздаем.

Они обошли здание, и вышли во двор спортшколы. Увидев вход, Жека вдруг понял, что это уже никакие не мечты, а самая что ни на есть реальность. У него сразу же запрыгало сердце и стало немного жутко. И как-то расхотелось идти. Он судорожно пытался придумать причину, по которой можно сегодня отложить визит, и прийти потом. Как-нибудь. Попозже. В другой раз.

Но не сегодня.

Участковый взглянул на жекино печальное лицо, и как будто прочитал мысли.

- Ну-ка, подожди.

Они остановились. Участковый опять присел на корточки. Его лицо, как и в прошлый «мужской» разговор оказалось почти вровень с жекиным.

 - Что, брат, страшно? - взял он Жеку за плечи и посмотрел ему в глаза.

В глаза Жеке посмотреть не получалось, потому что Жека смотрел в сторону.

- Вижу. Страшно. Это нормально, что страшно. Ты же там никого не знаешь. Да и не делал этого никогда. Ты и на физкультуре, поди, особо не геройствовал, верно?

Жека, всё так же глядя в сторону, кивнул.

- А ты помнишь, что я тебе говорил? Дела могут обстоять не всегда так, как тебе кажется. Вот скажи мне – ну чего тебе страшно?

Жека молчал.

- Вот смотри. Сейчас же ничего страшного не происходит? Верно? Тогда, вот именно сейчас, бояться и нечего. А вот, что потом будет… Нуууу, брат. Этого ни ты, ни, даже, я не знаем. Может тебе там по шее накостыляют… А может тебе на голову мешок с миллионом рублей свалится?

Глаза у Степана Константиновича опять стали хитрыми.

- Но есть во всём этом деле один важный момент. Ты никогда не узнаешь, что тебя ждёт за этими дверями, если туда не пойдёшь. Можно сдаться, побоявшись получить по шее, и уехать домой. И не получить по шее. А можно уехать домой, и не получить мешок денег. Вдруг там тебя мешок денег ждёт, а? Понятно я излагаю?

Жека кивнул.

- Так что, боец? Ты боец, или домой возвращаемся?

Жека сжал зубы, посмотрел в глаза участковому и вздохнул.

- Ну, денег, допустим, там нет. А так – идём. Да. Уговорили.

Участковый расхохотался.

- Неее, брат. Я тебя не уговаривал – в таком деле ты сам решать должен. Я тебе просто расстановку сил объяснил, - он опять подмигнул.

И они пошли в школу.

В вестибюле спортшколы было тихо, прохладно и пахло краской. Видимо недавно тут делали ремонт. У гардероба стояло три велосипеда. Два BMX, а один крутянский, для кросс-кантри, с большими колесами, похоже на двадцать девять дюймов. Жека подумал, что это, наверное, велики пацанов, которые ходят заниматься. Интересно – а чей это Рокхоппер? Велик-то недешевый, видимо и хозяин непрост. А может покататься даст, кто знает…

- Ну, пойдем, пойдём, - подогнал его Степан.

Они свернули направо. Жека шел и крутил головой по сторонам. Тут было интересно. В углу, у окна, лежали две огромные кожаные куклы. Они были почти размером с человека, с головой и двумя руками. Только с одной ногой. Ну, то есть. Вторая нога не оторвана была – просто «туловище» куклы переходило в толстенную ногу. Из дырок в подмышках вылезал наполнитель.

- Это наши «тёщи», - заметив интерес Жеки, пояснил участковый, - на лечение их отправляем. Видишь – поистрепались.

У другой, свежеокрашенной стены, стояли несколько щитов «Наши чемпионы». Видимо их собирались вешать. А один уже висел. Проходя мимонего, Жека прошелся взглядом по ряду фотографий и встал как вкопанный. Один из пацанов смутно кого-то ему напоминал. Ушастый, конопатый.

Жека, открыв рот, посмотрел на участкового.

- Узнаёшь? - улыбнулся Степан.

- Мммм… - неуверенно промычал Жека.

Пацан на фотке очень был похож на участкового. Только… Только участковый высокий, худой и жилистый. А пацан был круглым и щекастым! Он даже был толще Жеки! Хоть и был жекиного возраста. Ну, или чуть старше. Таких в школе дразнят «пончиками» и «жиртрестами».

- Ага! Что я тебе говорил! Занимайся постоянно – узнаешь много нового и интересного, - развеселился Степан, - Ну да. Вот таким я и был в детстве.

Он надул щеки, и показал руками размер живота.

- Самым тяжелым был в группе. Шестьдесят семь килограммов, прикинь! Сначала меня все валяли, а потом… - участковый кивнул головой на стенд, - А потом я взял, и вырос.

Он засмеялся, взял Жеку за плечи, и развернул его в сторону большой двери, за которой слышались хлопки и удары. Там падало что-то тяжелое. Весом с пацана. Жека набрал полную грудь воздуха, толкнул дверь и вошел.

Оказалось, что он напрасно так волновался, так как это был коридор с раздевалками, душевыми и туалетами. А сам зал борьбы был чуть дальше. Отсюда было видно, как там кувыркаются ребята в разноцветных куртках и шортах.

Но всё равно. Тут было очень волнительно. Можно сказать, подать рукой до места, где он скоро научится быть чемпионом. И запах… Тут был какой-то особенный, настоящий запах. Горьковато-кислый запах кожи, резины, тяжелой работы и силы.

- Вот тут раздевалка, там же душ, туалет рядом с залом, - проводил экскурсию Степан, - ты пока переодевайся, я сейчас.

Жека зашел в раздевалку. Стена, выходящая на улицу, была целиком из разноцветных непрозрачных кирпичей, от чего в раздевалке было очень светло. На вешалках висели вещи ребят. В углу стояла странная батарея – она была низенькая, решетками, и в несколько рядов. На батарее лежали несколько пар кожаных тапочек со шнурками. Вокруг батареи была сделана вешалка, на которой на плечиках висело много разноцветных курток.

Жека быстренько переоделся, а потом подошел к вешалке и стал рассматривать куртки. Синие, красные, белые. Точнее уже не белые, а, скорее, светло-серые. Все куртки были не новые, выцветшие и потертые. «Интересно, а мне дадут такую куртку?», - подумал Жека.

На перекладине висели пояса. Как Жека ни смотрел, черного пояса он там не увидел…

- Я тебе говорю, Петрович! Он Лёлика на движении поймал!

Открылась дверь и в раздевалку зашли участковый и какой-то бородатый дядька. Дядька был значительно ниже ростом участкового, но выглядел он… Выглядел он внушительно. Он был похож на Существо из Фантастической четверки – такой же квадратный, и как будто из камня. Синяя самбистская куртка на нём сидела как вторая кожа. Не понятно – то ли куртка была маленькая, то ли дядька был здоровый.

И еще он был лысый, как коленка.

Но бородатый.

Серьезный такой дядечка.

- Ну, положим, уронить Лёлика – не такой уж и подвиг, - видимо продолжая начатый ранее разговор, гудел он.

Мда. Голос тоже впечатлял. Говорил бородатый животом – гулко и как из бочки.

- Петрович. Ты меня услышал? Он его поймал на движении… Да и шут с ним, с Лёликом. Он на Петюню полез.

- На Петюню?!? – дядька с интересом взглянул на Жеку.

- Ну. Причем так нормально стал его из равновесия выводить, да потом какую-то пургу замутил. Ну и огрёб.

Жека, услышав про «пургу», покраснел.

- Слушай, боец, - обратился участковый к Жеке, - я вот всё спросить тебя хотел. А что ты Петюне такое сделать пытался?

Жека почувствовал, что у него с ушей уже слетают языки пламени.

- Ну. Это. Бросить его хотел.

- Да не. Понятно, что бросить. Что за прием такой лютый ты изобразить пытался?

Жека, смотря в пол, подошел к Степану и взял его за руку.

- Вот, - он потянул участкового и стал разворачиваться вокруг своей оси.

Получилось не очень. Степан не сдвинулся с места, а Жека, полное ощущение, намотался вокруг его руки. Причем сам.

- Мда, - улыбаясь, заметил бородач, - похоже, что-то ниндзевское. Ты где этот страшный прием подсмотрел? Сам придумал?

- Почему сам? – возмутился Жека, - В Теккене так Крейг Мардок бросает.

- ??? – бородач уставился на Степана.

Тот жевал щеку, и силился не расхохотаться.

- Темный ты человек, тренер. Теккен – это великая компьютерная игра. Там всякие монстры мордобоя друг с другом отношения выясняют.

Борода дядьки задрожала. Похоже, что он тоже с трудом сдерживал смех.

- Вот что, друг мой. Давай, ты пока тут эти приёмы применять не будешь. Договорились? А потом позанимаешься, и сам уже решишь – нужны они тебе или нет. Лады?

Жека хмуро кивнул.

- Ты переоделся? Всё, давай в зал.

Бородач опять повернулся к участковому.

- Стёпа, а почему сюда-то? Он же нулевой вообще. Ему еще ОФП катать и катать. Я понимаю,  там, хотя бы на начальную подготовку. Но с этими-то? Это-ж, можно сказать, элита. Спезназ, - с английским акцентом произнес он.

- Петрович, - Степан нахмурился, - он в новом доме живёт. На ВДНХ.

Бородач как-то весь подобрался и внимательно посмотрел на Степана.

- И ещё, Петрович… - участковый понизил голос, - походу он там что-то такое уже видел. Только не признаётся, паразит такой.

Собравшийся уходить Жека замер в дверях и весь обратился в слух.

- Ты еще здесь? – удивился участковый, увидев притихшего как мышь Жеку, - а ну брысь в зал, сейчас Алексей Петрович подойдёт.

Тут он хлопнул себя по лбу.

- А! Я ж тебя с тренером не познакомил! – он показал на бородатого дядьку, - Алексей Петрович, прошу любить и жаловать.

Степан сложил ладони у груди и сделал глубокий поклон.

- Намастэ, гуру!

- Не паясничай, служитель Закона, авторитет растеряешь, - усмехнулся тренер.

- Не растеряю. У меня его такой запас, что надолго хватит, – он опять повернулся к Жеке, - В зал, в зал, в зал. Тебя ждут великие дела. Всё. Дуй давай.

И Жека пошел в зал.

Зал был на удивление большой и очень светлый. Во всю его длину тянулся ковер, на котором были нарисованы три больших круга. В дальнем углу зала, с потолка, свисали два длиннющих каната. Огромные, во всю стену окна, были сейчас открыты, и по залу гулял ветерок и солнечные зайчики. У самого входа лежали толстые резиновые листы, на которых стояли разные гири и штанга. Тут же в пол были вделаны турники и брусья. А в противоположную от окон стену были вкручены железяки, на которых висели длинные боксерские груши.

У груши в дальнем углу стоял взрослый пацан и бил по ней руками. Тук, дыщ. Тук-тук-дыщ. Дыщ. Дыщ. Удары разносились по залу, как хлопки петард. Тук-дыщ. Бум! Пацан стукнул по груше ногой.

На ковре очень ловко прыгали и кувыркались восемь пацанов. Двое были примерно Жекиного возраста и похожи друг на друга как две капли воды. Видимо, близнецы. Один мальчишка был младше Жеки, но двигался наравне со всеми. Остальные ребята были постарше на год-два. Самым взрослым был парень у груши. Наверное, он даже уже школу закончил.

Жека стоял, разинув рот. Ребята, не обращая на него внимания, продолжали кувыркаться. Сейчас один из близнецов стоял, согнувшись в поясе и упершись руками в коленки, а остальные разбегались и прыгали через него щучкой. Однако в полете успевали ловко развернуться, приземлиться на плечо, перекатиться через спину и вскочить на ноги.

- Гек! Давай в стойку! – крикнул один из ребят.

Паренёк полностью выпрямился и лишь чуть-чуть наклонил вперёд голову.

Жека замер.

Второй близнец разбежался, легко взмыл вверх, перелетел через его голову, перекатился через плечо и встал. Жека восхищенно присвистнул. Круто. Вторым бежал невысокий, квадратненький, пацан. Близнец глянул в его сторону и чуть наклонился вперёд. Пацан взлетел как-то боком, зацепил плечо близнеца и глухо хряпнулся на спину.

- Блин! Жора! Ну, сколько тебе говорить, что предупреждать надо, когда прыгаешь! А если бы Гек тебя не увидел?!? – возмущенно закричал второй близнец.

- Если бы он меня не увидел, я бы перепрыгнул! – не менее возмущенно закричал крепыш, - он нагнулся, пока я разбегался, и сбил меня с толку!

- Да ты вечно прыгаешь коряво! Пора уже привыкнуть!

- Ну, раз пора привыкнуть, то и нечего наклоняться пока я бегу! Надо было раньше думать!

- А ну, хорош! – неожиданно над ухом Жеки будто самосвал бибикнул (он аж подпрыгнул), - разбились по парам и доразминка в партере. Борьба до удержания. Удержание любое. Взяли на удержание, до двадцати досчитали, и снова борьба.

Пацаны разом перестали ссориться и расползлись по ковру. Причем Гек и Жора, как ни в чем не бывало, встали в пару друг с другом.

- Ну, что? – тренер сел на стоящую у входа табуретку и повернулся к Жеке, - приступим?

Жека улыбнулся и пожал плечами.

- Давай, на турник.

Лицо у Жеки вытянулось. Как – турник? А бороться? Он же бороться пришел, приёмчики учить! Почему – турник?

- Ха, дружище, - тренер сразу прочитал по жекиному лицу о его мыслях, - а как ты хотел? Сказки про то, что для победы в поединке не нужна сила, оставь любителям тайных стилей. Вот смотри – видишь, пацаны борются?

Жека угрюмо посмотрел на пацанов, которые, в отличие от него (как он считал) занимались делом.

- Вот как ты думаешь? Можно без силы схватить соперника так, чтобы он не вырвался? Правильно. Нельзя.

В этот момент один из пацанов, взяв своего партнера за куртку на плечах, резко дёрнул и потянул вниз, разворачиваясь на коленях, и пропуская того мимо себя. Второй шлепнулся на живот. Дёрнувший тут же прижался к его спине грудью, одну руку просунул снизу, другую положил на его шею и стал быстро-быстро забегать ногами, стараясь перевернуть противника на спину. Однако нижний тоже не терял даром времени. Стоило его противнику на секунду отвлечься, как он, оказавшись на спине, умудрился как-то поднять ноги, ухватиться ими за противника, непонятно кувыркнуться на месте, и оказаться повернутым к нему лицом и ногами. Прижать его не получилось.

- Ну и техника конечно важна, несомненно, - прокомментировал увиденное Алексей Петрович.

Тем временем пацаны продолжали являть чудеса силы и ловкости. Квадратненький Жора перекатил Гека на спину, схватил его за голову и руку, и прижал к ковру. Гек несколько раз дернулся под ним, а потом неожиданно, быстро забежав ногами, обхватил Жору поперек туловища, и высоко-высоко поднявшись на голове и пятках, перебросил через себя в другую сторону.

- Видал? И сила, и техника. С цыплячьей шеей ты такого, друг мой, не сделаешь никогда. Всё, давай на перекладину.

И Жека «дал»…

Надо сказать, уроки физкультуры для Жеки были не особо любимыми. Не потому, что ему не нравилось бегать и прыгать, нет.

Жеке было стыдно.

Он не мог подтянуться.

Когда все прыгали через козла, Жека прыгал на козла. Животом.

Отжиматься он тоже не любил. Потому, что когда ему казалось, что он, наконец, отжимается глубоко и правильно, подходил учитель физкультуры и сообщал, что махание головой вверх-вниз не заменяют отжиманий.

С бегом дела обстояли еще печальнее. Если при подтягиваниях и отжиманиях жекино тело не страдало, то после двух кругов по школьному стадиону он начинал задыхаться, рёбра в боку становились колючими и Жека переходил на шаг…

А сейчас его, судя по всему, ждали очередные минуты позора. Точнее секунды. Просто Жека и висеть долго не мог на перекладине. Пальцы его разжимались, и он кулем падал на землю.

Так и в этот раз.

Жека долго готовился, вытирал ладони о штаны, размахивал руками, тряс кистями рук.

Алексей Петрович хмуро наблюдал за его приготовлениями, но ничего не говорил.

Наконец Жека был готов.

Он вполз на турник, немного подержался ногами за столб, к которому турник был прикручен, разжал ноги и… повис на турнике, как колбаса на витрине в супермаркете. Повисев несколько секунд и собравшись с духом, он вздрогнул всем телом и попробовал вытянуть себя вверх. Бесполезно. Попробовал ещё раз. Ещё. Волновая система подтягиваний не давала эффекта. Тогда Жека отвел ноги назад, резко ими махнул, и рванулся вверх.

Его триумфальный подтяг был прерван на самом его пике. Руки почему-то отказали и он звякнулся лбом о перекладину. Пальцы его разжались, и Жека неизбежно устремился вниз, в кучу стоящих на полу гирь.

Алексей Петрович подскочил.

Пацаны в зале замерли.

Жека совершил жесткую посадку…

Он вылез из гирь и остался стоять, ковыряя застывшую на опоре турника каплю краски. Взгляд поднимать было стыдно.

- Ну? Чего стоим? Кого ждём? – спокойно прогудел тренер, - поехали дальше.

Жека удивленно поднял голову. Алексей Петрович, будто ничего и не произошло, сидел на стульчике и смотрел на Жеку. Пацаны на ковре продолжали возиться.

- Смена партнера, - крикнул тренер в зал, и опять повернулся к Жеке, - теперь отжимания.

Жека тяжело вздохнул и встал на колени. «Блин», - думал он, - «Вот зачем утром силы тратил, отжимался? Сейчас бы показал класс».

- Я утром во время зарядки уже отжимался, - сообщил он тренеру.

- Ничего, ничего. От лишних отжиманий еще пока никто не умирал. Давай!

И он опять «дал». Высунув язык, размахивая головой в такт движениям, Жека сгибал и разгибал руки, подняв заднюю часть туловища вверх.

- Так. Стоп, - Алексей Петрович удивленно смотрел на него, - вас на физкультуре что ли отжиматься не учат?

- Почему? Учат…

- Ну, так, а чего же ты тогда? Что это за судороги ты мне тут показываешь? Отжимайся нормально – спина ровно, опускайся ниже, ноги не сгибай, на ковер не ложись… Поехали.

Строго следуя наставлениям тренера, Жека смог отжаться даже больше, чем утром – аж тринадцать раз.

И то. Через раз Алексей Петрович сообщал ему: «Незачет. Ниже, незачет. Колени убрал, незачет. Корму вниз, незачет». Так что за эти тринадцать раз, Жека отжался раз двадцать пять и весь вымотался.

- Ложись на спину, - это он Жеке. И в зал, - смена партнёра!

Жека перевернулся на спину и расслабился. Лежать было хорошо. Однако кайф быстро закончился, потому что севший рядом Алексей Петрович прижал своей лапищей жекины ноги и скомандовал:

- Руки за голову, подъем туловища. Начали.

Где начали, там и закончили. Жека, поднявшись раз шесть (и то как-то боком), на седьмой и этого не смог. Как ни старался себя вытянуть за голову.

- Ну, картина, в целом, ясна, - Алексей Петрович опять сел на захрустевшую под ним табуретку.

Он посмотрел на унылого Жеку и улыбнулся.

- Да не расстраивайся ты так. Я примерно такой результат и предвидел. Правда, всё чуть хуже, чем предполагалось, но не смертельно. Сейчас таких как ты, героев компьютерных игр, очень много стало. Ничего, исправим. Глядишь, второй Куринной получится, - он встал и легонько хлопнул Жеку по спине.

От этого «легонько» у Жеки клацнули зубы.

- Так, борцы! Стоп, внимание!

Замес! Кончай мешок гладить – давай круговую. Три по три. На штангу, жим на взрыв. Вес – пятьдесят процентов твоего. Взрываешься, пока идет. Потом – перекладина. Та же тема. И по новой. Отдых – минута на резине. Секундомер – вот. Пошёл!

Чук, Гек, Шаманчик, Ярый, Мимино! Броню надели, и понеслась – двойка в голову, ушли, прошли в ноги. Работаем пара и тройка. Смена по кругу.

Жора, Тёма, Вовчик – поехали подсечку в такт шагов.

Евгений! Твоя задача. Десять подтягиваний…

Он повернулся к Жеке, но увидев его упавшую челюсть, быстро пояснил:

- Осторожно. Залезаешь на турник. Можно вон, с подоконника. И не спеша. Раз подтянулся, спрыгнул, отдохнул чуток, раз подтянулся, отдохнул. Главное – чтоб в сумме десять раз было. Понятно?

Жека с облегчением кивнул.

- Долго не сачкуй. И со всем остальным – то же самое. Пятьдесят отжиманий, пятьдесят раз пресс. Ноги под скамейку засунь, а то не встанешь вообще. Всё. Пошел.

Жека пошёл.

Правда он не сразу на турник полез. Ему было интересно, что будут делать ребята, потому что он совершенно ничего не понял из того, что говорил тренер.

А ребята делали следующее.

Взрослый пацан пришел в жекин угол и стал устанавливать штангу на стоящую там же скамейку.

Пятеро мальчишек одели на голову шлема, как будто в хоккее, на руки что-то типа боксерских перчаток, но с дырками для пальцев, а на ноги забавные щитки. И сразу стали похожи на хоккейных вратарей в валенках.

Трое стали по очереди бросать друг друга. И тоже интересно. Один брал другого за рукав и плечо, и они начинали одновременно прыгать приставными шагами. Потом – ррраз! Тот кто держал, подсекал ногу товарища и ронял его на ковер. Было красиво.

- Ну, чего встал? – вдруг спросил его старший пацан, - тебе задание было? Вот и работай.

Жека обиделся. Чего это он тут раскомандовался? Самый главный что ли? Вот Алексея Петровича он, Жека, послушал бы, а этот чего? Тем не менее, он полез на подоконник. Подтягиваться.

Косясь на пацана со штангой Жека взгромоздился на турник. Пацану, вопреки жекиным опасениям, было не до него, и смеяться над ним он не собирался. Повесив на штангу небольшие блины, он включил секундомер, лег на скамейку и начал резко выбрасывать штангу вверх. Штанга лязгала блинами и летала. Парень немного замедлил скорость – видимо устал. Поставил штангу и запрыгнул на турник.

И вот тут вся жекина обида на него ушла разом.

Пацан подтягивался без остановки – быстро, резко. Пять, десять, пятнадцать, двадцать раз… Вот он опять чуть замедлил скорость и спрыгнул. Подошел к штанге и снова начала греметь блинами. До Жеки ему уже дела не было…

Даааа. Вот когда он, Жека, будет подтягиваться так же, как этот парень – тогда и можно будет возражать, если ему тут кто-то будет указывать, что делать. А пока нужно не губы дуть, а работать и прислушиваться к тому, что ему сказали. И не потому, что этот парень был сильнее и старше, а потому, что он очень много трудился, чтобы вот так подтягиваться.

Ну и правила, наверное, тут такие.

- Евгений! Сколько подтянулся уже? – подтвердил его догадку тренер.

- Щаз! – почти в тему крикнул Жека и опять стал колбасой из супермаркета.

Кое-как, дрыгая ногами, будто он хотел оттолкнуться от воздуха, Жека подтянулся один раз и встал на подоконник.

В этот момент у взрослого пацана запикал секундомер, он что-то там нажал, и пошел к шведской стенке, на которой висели длинные резиновые трубки. Взяв эти трубки в руки, он стал дергать их на себя, потом сразу же быстро поворачиваться спиной к стене, приседать и вставать. Похоже было, что он кого-то бросает. Только вот зачем это делать с резинкой – было не совсем понятно.

Жека в очередной раз увидел, что парню до него нет никакого интереса. Он прямо весь выполнял свою задачу. Жека совсем успокоился. Стало понятно, что этот пацан сделал  ему замечание не потому, что злой и обидеть хотел, а конкретно по делу.

А, раз по делу, надо выполнять. И Жека опять полез на подоконник.

Ребята, те, которые стали похожи на хоккеистов в пимах, делали вообще что-то интересное. Один прямо на самом деле бил руками в лицо, второй как-то умудрялся защищаться, прыгал на коленки вниз, хватал товарища за ноги, поднимал в воздух и бросал на ковер.

Жеке тут всё больше и больше нравилось.

Потом тренер давал пацанам еще какие-то задачи, но Жека больше не отвлекался. Он старался всё делать правильно и по сторонам не глазеть. Наверное, это и означало «сильно не сачковать»…

- Закончил? – к сидящему на скамеечке упахавшемуся Жеке подошел Алексей Петрович.

- Ага.

- Ну, тогда вот тебе домашнее задание. Дома турник есть? Если нет, то во дворе найди, на спортплощадке. Должен быть.

Жека представил, как он на глазах всего двора (а особенно компании Петюни) показывает колбасу из супермаркета, и ему стало не по себе. Мрак. Лучше уж он папу попросит турник установить.

- Но лучше дома, - порадовал его тренер, - когда учишь уроки или кино по телевизору смотришь, ставь будильник на пять минут. И, как он звенит, выходишь, и пробуешь подтянуться. Сколько сможешь. Если кино смотришь, то на рекламе. Началась – вышел, подтянулся. Усёк?

Жека усёк.

- Главное, чтобы каждый день. В нашем деле нужна постепенность и стабильность… Ну, на сегодня, пожалуй, с тебя хватит. Беги в душ и домой.

- Как – домой? – Жека расстроился, чуть ли не до слёз, - а борьба?

- Побороться, что ли, хочешь? – тренер улыбнулся, - не рановато ли? Ребята-то не простые. Не страшно?

Жеке было не страшно. Ну и что, что не простые? Он, может, тоже не промах. То, что силы немного – это пустяки. Нарастит он себе бицепсы. Поставит папа турник, он и нарастит. А вот показать, что он тоже кое-чего стоит было нужно прямо сейчас. Он, может, знает такое, что они не знают.

Про то, о чем его тренер предупреждал в раздевалке, Жека забыл совсем.

- Ну ладно. Твоё решение… Сейчас, пацаны задания закончат, и поборешься. Мы в конце каждой тренировки боремся, так что ты как раз вовремя.

Пацаны в это время выполняли какое-то странное упражнение. Похоже было, что хотят сесть друг другу на голову. Опираясь о плечо товарища, они высоко-высоко подпрыгивали, как будто хотели перепрыгнуть друг через друга, либо, действительно, сесть на голову.

- Замес! - крикнул Алексей Петрович взрослому пацану, который в это время бросал точно такую же куклу, как и те, что лежали в вестибюле.

Парень еще раз обхватил куклу поперёк, уперся лбом ей в плечо, на секунду замер, а потом резко прыгнул вперёд на согнутые ноги, выпрямился как пружина, прогнулся в спине, и стал падать назад. Жека замер. В самый последний момент парень развернулся на живот и громко шлепнул куклу рядом с собой.

- Замес! - ещё раз позвал его тренер, - подбери новенькому самбовку и разомни его для схватки.

Парень подошел к Жеке, оценивающе посмотрел на него, почесал лоб и хлопнул его по плечу.

- Ну, пойдём. Смертничек.

«Смертничек» уныло поплёлся в раздевалку. Такой прозвище ему не очень понравилось. Потому что намекало на какие-то нехорошие перспективы.

В раздевалке Замес быстренько подобрал Жеке куртку, надел на него, снял с перекладины пояс и стал его заправлять. Пояс вставлялся в специальные отверстия на талии, и куртка завязывалась очень плотно.

- Язык спрячь, не высовывай. Откусишь. Рот вообще закрой, - неожиданно он стал давать Жеке советы, - Когда падаешь – группируйся. Не знаешь, что это – просто выдыхай и поджимай голову к груди. Чувствуешь, что больно – говори «стоп». Не можешь сказать – стучи рукой по ковру. Не можешь рукой – стучи ногой… И вообще. Не строй из себя героя, не тот момент, сдавайся сразу, а не терпи.

Замес завязал Жеке пояс и легонько ткнул кулаком в живот.

- Всё. Упаковали. Айда разминаться.

Жека пожалел, что он не один, и что нужно идти. Очень хотелось посмотреть в зеркало – как он сейчас выглядит.

 В зале Жека почти точно повторил за Замесом всю разминку, чем был сильно горд. Всё-таки не совсем он «нулевой». Потер уши, нос. Покрутил головой. Руками, туловищем. Попробовал помахать по кругу ногой, но потерял равновесие и чуть не упал. Повращал колени. Затем сел на ковер, покрутил стопы. Повыпрямлял ноги.

Потом Замес встал на четвереньки и уперся головой и руками в пол.

- Ты руки не вздумай убирать, а я по-своему буду. Повторяй, но руками держись.

Замес убрал руки за спину и начал крутить головой. Влево. Вправо. По кругу.

- Вот так не делай, - сказал он, оттолкнулся ногами, перевернулся на мост, и продолжил раскачиваться.

Жека всё-таки попробовал, но у него получилось только брыкнуть ногами назад. Как у жеребенка.

- Я сказал – не делай!!! Башку открутишь себе! Какой же потом из тебя самбист – без башки? На спину ляг, выйди в мост, и разминай шею.

Жека попробовал сделать так, как ему было сказано, и получилось. Только дышать было немного тяжело и потемнело в глазах. И еще сильно стали болеть волосы.

- Что там у вас? – подошел тренер, - Готовы?

- Ну, как, - оскалился Замес, - размялись. А так-то – потренироваться нам с годик. Тогда будем готовы.

- Поговори у меня! Вот сделаешь ЗМСа, тогда и будешь меня учить. Обсуждали же уже, нет?

Жеке было не понятно – шутит тренер или на самом деле строжится. Тут и шутки у них были какие-то… свои. Самбистские.

- Ну, раз готовы, пошли… Чук! Поработай с новеньким. Аккуратно! Никаких прогибов и мельниц. Вообще ничего амплитудного. Ле-гонь-ко. Уяснил?

Один из близнецов кивнул. Жека удивился. Оба близнеца были здорово легче Жеки. Как же один из них будет с ним бороться?

- На середину ковра!

У Жеки сразу стали мокрыми ладони. Вроде бы ничего ужасного не намечалось, и близнецы эти вроде были добрыми ребятами, и тяжелее он, но… Всё равно Жеке стало не по себе. Добрые-то они добрые, но перед тем, как сойтись в центре, он взглянул в глаза Чука. И они ему совсем не понравились.

Очень серьезные у того были глаза.

Чук чуть согнул руки в локтях, поднял их на уровень плеч, немного присел, наклонившись, и стал не спеша приближаться к Жеке.

Жека же решил не откладывать дело в долгий ящик и сразу прыгнул ему навстречу. Он хотел сразу схватить противника за шею, пригнуть его к полу и свалить. Когда они играли с пацанами в старом дворе, у него это получалось очень часто. Может это и из-за того, что Жека был самым тяжелым среди друзей.

Но тут победная тактика отчего-то не пошла. Чук подкинул правую жекину руку вверх, присел под неё, нырнул ему за спину… и неожиданно оказался сидящим на полу, только уже слева от Жеки. Как он умудрился так быстро вокруг него обежать – не понятно. При этом его ноги почти упирались Жеке в живот, а жекина левая нога была плотно схвачена рукой и ногами противника.

Жека почувствовал, что теряет равновесие и плюхнулся назад.

- Стоп! – резко крикнул Алексей Петрович, - так, Чук. Болячки на ноги тоже не делаем.

Чук кивнул и отпустил жекину ногу.

- В стойку! – скомандовал тренер.

Это почему еще в стойку? Жека стал злиться. Он видел, как минимум, три варианта освобождения плененной ноги и победы над противником. Почему остановили, а? Не! Ну, так не честно вообще! Ну, ладно! Ну, он сейчас им покажет. Ну…

Чук опять встал в ту же позу, что принимал до этого. Жека тоже присел, выставил руки вперёд, и приготовился – напрягся, аж дыхание захватило. Теперь-то он поумнее будет, первым не полезет. Пусть этот Чук сам теперь ошибается.

Чук вдруг выпрямился, легко подпрыгнул на месте и встряхнул руками. Затем поднял правую руку к подбородку, будто решил подумать, левую же выставил вперёд и наклонил голову и туловище чуть вправо.

Жека приготовился.

Неожиданно Чук сделал короткий бросок вперёд, схватил Жекину правую руку своей левой и сильно дёрнул вниз. Прям как кобра.

Жека, не ожидавший такой скорости, чуть не полетел головой вперед, но быстро собрался и потянул всем весом висящего на руке Чука назад, на себя. А тот, как показалось Жеке, не удержавшись на ногах, полетел на него.

Жека возликовал!

И в этот момент его противник свободной, правой, рукой схватил Жеку за рукав на плече, левой рукой перехватился за спину и прыгнул вверх!

Жека так и не понял, что произошло.

Чук сначала взлетел вверх, а потом стремительно ушел вниз, утаскивая за собой Жеку.

Жека кувыркнулся через голову и растянулся на ковре. Рука его оказалась зажатой между ног Чука, а сам он был придавлен этими ногами к полу.

- Чук! Можно было и без акробатики тоже, - сделал замечание тренер.

Жека рванул руку на себя. Бесполезно. И больно. Потому что Чук стал понемногу тянуть руку через ногу вниз.

Жека рванулся еще раз. Уже всем телом.

Результат был тот же.

Но сдаваться Жека не собирался. Чук давил, Жека терпел. Жека терпел, а Чук давил.

Больно было ужасно, но Жека, как тогда с папиным биноклем, понял, что сдаваться он не будет ни за что.

Даже если ему руку сломают.

- Стоп! – скомандовал Алексей Петрович.

Хватка и боль ослабли, Чук слез с Жеки и встал.

- Ты чего не хлопал? Замес, ты ввел парня в курс дела?

Замес кивнул.

Жека молчал.

- Всё. На сегодня хорош.

- Нет.

- Что – нет?

- Не хорош. Давайте еще бороться, - уперся Жека.

- Всё, всё, давай в раздевалку.

- Нет. – Жека упёрся рогом. Пацаны с интересом наблюдали за ходом событий.

- Так. Друг мой. Тут я тренер. И если я сказал, что хватит, значит – хватит. Если я что-то говорю, я это говорю не потому, что мне так хочется сделать, а потому, что так надо. И в первую очередь для вас. И вообще. Если бы каждый всегда делал только то, что ему одному хочется, вообще бы никакого порядка не было. А в нашем случае даже хуже – был бы беспорядок и конечности поломанные. Уяснил?

- Да, - буркнул Жека.

Как ни странно, ему даже плакать не хотелось. Он был злой-презлой.

Голос тренера смягчился.

- Говорю же – хватит. Я увидел всё, что мне было нужно. Характер у тебя есть, остальное приложится. Наработаем… И давай на будущее договоримся так… То, что я тебе сейчас скажу, скажу один раз. Потом повторять не буду… Так вот, давай договоримся так. Мои указания не обсуждаются. Повторяю – всё, что я делаю, я делаю потому, что так надо, а не потому, что мне вдруг это взбрело в голову. Если необходимо что-то объяснить, я объясняю. Но только один раз. Не успел, не было тебя, прослушал – твои проблемы. Мы всё говорим и делаем только один раз. И я, и пацаны, и ты теперь будешь так же. Сказал – сделал. Всё. То, что тебе ещё неизвестно, я объясню, конечно. Но, опять же – один раз. Поэтому будь внимателен. И учись относиться ответственно к словам и поступкам. Своим и других людей. Всё ясно?

- Всё!

- Тогда – в раздевалку. Самбовку в сушилку, сам в душ (обязательно!) и домой. Тебя Стёпа ждёт… Да. И еще. Пока ходить будешь три раза в неделю. Чтоб как штык. В понедельник тренировки не будет, я в областной центр по делам. Приходи в среду, в это же время. Всё. Свободен!

Жека помчался переодеваться.

- Евгений! – окликнул его тренер. - Постой ещё.

Жека остановился.

Алексей Петрович подошел к нему, положил свою каменную руку ему на плечи, наклонился и тихо произнёс:

- На ВДНХ гулять не ходи. Понял? Ни один, ни с друзьями. Никак. С родителями твоими Стёпа на эту тему поговорит, и они тоже не будут. Не ходить. Ясно? Говорю один раз. Объяснять – почему, не буду. Пока не буду. Просто – делай.

Жека кивнул.

- А теперь – бегом в раздевалку.

 - …и я в первый раз так же! Знак-то показал, а оно никуда не делось! Я и забыл, что Знаком нужно в лобешник засветить. А тут Петрович…

Жека зашел в раздевалку, и что-то весело рассказывающий чернявый паренек, самый младший из всей группы, резко замолчал. Повисла тишина. Все смотрели на Жеку.

- Ты теперь тоже с нами будешь? – прервал паузу тот же мальчишка. Кажется, это был Мимино.

 - Ну, наверное, - неуверенно сказал Жека, - тренер вроде сказал, что с вами буду тренироваться.

- Да я не про тренироваться! Я про…

- Мимино. Пацан – новенький, видел же, как борется. Походу еще не в курсе, - прервал его выглянувший из душа Замес.

Паренек смутился и замолчал. Опять повисла неловкая пауза.

- Ну… Я Жека. Князьков, - Жека улыбнулся и обвёл взглядом всё честное собрание.

- Евгений, значит, - Утвердительно заявил длинный пацан.

Он был весь белый. Холодный какой-то даже. Волосы, ресницы – всё белое. Даже глаза были светло-серые, холодные. И улыбался он сдержанно – чуть дернул уголком рта, всё. Считай улыбнулся… А может Жека и ошибся. Может, как обычно, всё обстояло не совсем так, как ему кажется.

- Раз ты с нами, значит пока – Евгений. А потом посмотрим.

- В смысле – посмотрим?

Жека что-то не понял ничего.

- В том смысле, что пока ты новенький, Петрович к тебе так и будет обращаться – «Евгений». Ну, или «Женя». Замес, вон, говорит, что он раньше вообще всех новичков исключительно «на Вы» и чуть ли не по имени-отчеству звал.

Пацаны заулыбались.

- Заслужить надо, в общем, что бы он к тебе как к другу обращался. Знаешь, сколько тут новичков перебывало? Много-то много, да не все выдерживают… Такие дела. Ну, и мы, соответственно, как Петрович. Я вот, Ярый, - протянул он руку Жеке.

- Почему – Ярый?

- Потому. Придёт время – поймёшь.

Жека немного обиделся. Надо же. Крутни. «Заслужить». «Придёт время - поймешь». Пижоны… Но руку пожал.

- Мимино, - оторвался от скамейки чёрненький.

- Шаманчик, - невысокий и шустрый мальчишка, лицом похожий на актера Джета Ли, вынырнул откуда то из-за спины Жеки. До этого его в раздевалке видно не было.

- Да ты не дуйся, Евгений! Думаешь, типа, крутые такие, что и не подойти, да? – весело затараторил он.

- Ну… - Жека смутился, как будто он это вслух говорил.

- Ааааа, брось. Все так начинали! Ты прикинь. Вот поборешься с нами, покажешь себя, сразу станешь Жекой. Родной всем будешь. Тебе сразу почет, понял? И самому гордость. А пока ты кто? Мы не знаем – ты кто. Может ты классный пацан. А может сдуешься через пару тренировок? Не известно же. А если ты классный пацан – чего обижаться? Придёт время, и всё будет хокейно. А потом, глядишь и партийный псевдоним заработаешь.

Он подмигнул.

- Какой, какой псевдоним? – удивился Жека.

- Партийный, - засмеялся Шаманчик, - это Петрович так шутит. Ну, прозвище, никнейм типа. Я вот – Шаманчик. Он – Ярый. Мелкий – Мимино. А эти акробаты – Чук и Гек.

- Сам-то больно крупный, - весело огрызнулся Мимино.

- Ааааа. У меня кость широкая зато! А это – Вовчик, Жора и Тёма.

Шаманчик опять куда-то исчез.

Пацаны по очереди подошли к Жеке и пожали руку. Вся группа направилась в душ, а Тёма задержался.

- А тебя Костяныч нашел?

- Кто? – удивился Жека.

- Костяныч. Ну, милиционер. Участковый.

Жеку вдруг вспомнил, что участкового зовут Степан Константинович. Понятно почему «Костяныч». Жека улыбнулся.

- А вы что? Прямо вот так его и зовёте? Костянычем?

- Ну да. Он классный. Ты думаешь ему сколько лет?

- Ннне знаю. Лет двадцать, да?

Тёма развеселился.

- Двадцать! Ха-ха-ха-ха! Да он на двадцать выглядит потому, что весёлый и в форме себя держит. А так ему двадцать восемь. Он уже и в армии успел побывать, в спецназе, и в боях без правил участвовал, и училище милицейское закончил. Теперь вот он опять с Петровичем… И с нами… Только ты погоди его Костянычем звать, он это только друзьям разрешает.

- А вы друзья, да? – с завистью спросил Жека.

Ему было обидно. Участковый, если что, его спас! И с папой они уже «на ты» перешли, и на тренировку он Жеку привёз. Жека вот считал Степана своим другом. А у них тут какие-то свои тайны. «Заслужить», «надёжный», «только с друзьями». Можно подумать…

- Да. Мы друзья, - улыбнулся пацан.

- А у тебя почему партийной клички нету? – язвительно спросил он Тёму, - не заслужил что ли?

- Ага. Не заслужил еще, - Тёма почему-то совершенно не обиделся, - не представилось случая пока. Заслужить.

Он подмигнул Жеке, закинул на плечо полотенце и тоже ушел в душ. За дверью шипели, орали и смеялись.

Жека сел на скамеечку и задумался. Странно тут как-то всё. И в городе, и в секции этой. Вообще ничего не понятно. Ребята, вроде, хорошие. Костяныч вообще мировой парень. В спецназе служил. Наверное стили какие-нибудь знает тайные. Бесконтактные – раз, руку поднял, а человек падает. Жека такое в телевизоре видал (надо, кстати, спросить будет на досуге)… Тренер, Алексей Петрович, суровый, но тоже классный… А всё равно. Что-то тут странное происходит. ВДНХа вот эта… Чего там такого страшного? Почему туда не ходить?

Надо бы разобраться.

И Жека решил. Во-первых, раз никто ему ничего говорить не хочет (он опять немного обиделся), есть Интернет. Можно посмотреть. Во-вторых. Алексей Петрович сказал не ходить на ВДНХ. Но это он, наверное, про ночь говорил. Потому, что ночью всё страшное и происходит. А днём – нет. Днём ничего страшного не может быть.

Значит что? Значит туда сходить можно. Днём. Вот Жека послезавтра, в понедельник, когда родители на работу уйдут и сходит. Решено.

Из душа выскочил красный как рак Замес.

- А ты чего тут сидишь? Махом в душ давай! Тренировка в группе заканчивается тогда, когда ты из школы вышел. А до тех пор всё, что сказал Петрович, надо выполнять.

Жека, еще планируя  будущие мероприятия, задумчиво разделся и пошлёпал в душ.

Пацаны уже растирались. Один Тёма пофыркивал, и то впрыгивал под струю, то выскакивал обратно.

Жека, так же задумчиво, повесил на крючок полотенце, встал под рассекатель и повернул рычажок смесителя…

Его как подушкой по голове ударили! Дыхание перехватило, он заорал, и вместо того, чтобы выскочить из-под душа, поднял вверх руки и судорожно попытался заткнуть ими бьющую в него тугую струю… ледяной воды!

Пацаны покатились со смеху.

- Женя! Друг! У нас… ха-ха-ха-ха… горячей воды… ха-ха-ха-ха… нету! На лето… ха-ха-ха-ха… отключили! – веселился Шаманчик, - Ха-ха-ха-ха… Извини! Мы-то привыкли уже, вот тебя… ха-ха-ха-ха… и забыли предупредить!

Жека вырубил душ, схватил полотенце и принялся растираться. Как ни странно, на пацанов он совсем не обиделся. Ему тоже было весело. А когда он вспомнил, как пытался закрыть руками душ, расхохотался со всеми вместе. Так, смеясь и перешучиваясь, они и переодевались. Этот смешной случай как будто сделал их ближе. Собравшись, Жека пожал всем парням на прощание руки и побежал на улицу, где его в машине ждал Костяныч.

Значит решено. Сейчас, дома – Интернет. В понедельник – ВДНХ. Днём. Когда безопасно.

Вот тут Жека сделал очень большую ошибку. Которая чуть не положила конец всей истории.